блог Евстифеева

В одном древнеегипетском манускрипте, найденном в 1861 году и хранящимся ныне в Британском Музее под номером 10188, есть интересное описание сотворения мира.

Рассказываю не по древнеегипетскому тексту, а по английскому переводу Уоллиса Баджа, египтолога, знатока восточных языков, хранителя Британского Музея в в 1894-1924 гг. 

Так вот, рассказ ведется от лица бога Неб-ер-чера, что можно перевести как "Владыка до самого крайнего предела". Этот бог, судя по всему, был невидимой и всемогущей силой. заполнявшей все пространство и время. И вот, как написано в манускрипте, возникло у него желание создать мир. Вполне естественное желание. Но не все просто даже для такого всемогущего бога. Чтобы создать мир владыке, заполнявшему все пространство и время, для начала надо было стать кем-то другим, то есть божественным существом, которое не все собой заполнял и могло бы что-то создать еще, вне себя. Согласитесь, это логично. И тогда произошло превращение Неб-ер-чера в Хепри. А вокруг, надо сказать, бушевал мировой небесный океан, который назывался Нун, хотя ни воды ни земли еще не существовало. И в этом океане плавали зародыши всех сущих вещей, которые появятся позже, но которые пока пребывали в состоянии инертности и беспомощности. То есть это были такие протовещи, их как бы не было, но они были. 

Сам Хепри активировался очень просто - он сам себя породил, произнеся свое имя. Говоря словами Баджа, "когда Хепри еще был частью существа Неб-ер-чера, он произнес слово "Хепри" - и родился Хепри". И понеслось. Хепри называл вещь - и она появлялась. Так был создан наш мир и все, что в нем находится. Но Хепри произносил слова не просто так - Хепри говорил особым образом, обращаясь к своему сердцу, то есть сначала в своем сердце продумывал, какого рода вещь он хочет сотворить, а потом произнесением ее названия воплощал свою мысль в конкретную форму. 

Зачем я это вспомнил и рассказываю. Только ради трех слов, значение которых без длинного рассказа будут непонятны. 

В великом и могучем древнеегипетском языке такой процесс обдумывания существования вещей и их активирования назывался словами, которые можно перевести так: "заложение начала в сердце".

Так создаются миры. Все остальное - просто слова. Не путайте.

Таково мое воскресное обращение.

Что вы знаете о демократии? Почти всё, конечно, но этого мало. Потому что вы не знаете самого главного. И сегодня я вам про это расскажу. 

Значит так, дело было в середине 80-х, студенты истфака, после окончания второго курса готовились к археологической практике. Пройти она должна была далеко от дома, у самого синего моря. Но чтобы туда отправится надо было сформировать отряд. Боевой отряд археологов. Из конечного числа бойцов. При этом, условиями формирования отряда, выставленными  организаторами экспедиции, были, во-первых, количественно ограничение в 16 человек, и, во-вторых, обязательное доминирование в отряде лиц мужского пола, ибо характер выполняемых работ предполагал наличие некоторой физической мощи (в те времена это соответствие , если и оспаривалось, то гораздо меньше, чем ныне). Десять участников нужного пола набралось без труда. А вот с женской частью экспедиционного корпуса пришлось помучиться. Дело в том, что на 6 оставшихся мест претендовало 10 прекрасных девушек, к несчастью, не знавших и не желающих знать основ демократического принятия решения  и предъявлявших свои исключительные права на участие в экспедиции. Тупик, скажете вы? А вот и нет. Демократия легко справляется даже с такой проблемой.

Горячие, но слегка образованные, юноши быстро пришли к  верному решению - чтобы отобрать нужное количество девушек нужно устроить голосование! Доверять такое важное дело слепому жребию никто не решился. Только голосование! Само собой очевидным представлялось, что сами страждущие экспедиционной жизни студентки в голосовании никакого участия принимать не могут, а вотирование осуществляют только, так сказать, мужчины. Предвыборных программ и выступлений от кандидатов было решено не требовать, а в целях оперативности голосование устроить в открытом режиме и без обсуждений. Гоп-компания из десяти переростков заняла одну из учебных аудиторий,  на доске мелом были написаны фамилии претенденток и началось, собственно, демократическое голосование. Основываясь, скорее, на каком-то чутье, а не на глубоко усвоенных принципах, в этот исторический момент была разработана особая система подачи и подсчета голосов, которая сегодня в наш искушенный век называется рейтинговым голосованием. Ведущий собрания и счетная комиссия были согласованы достаточно легко  - и началось таинство демократии. По обрывкам фраз и реплик можно было догадаться о тех критериях и принципах, которые двигали руки студентов-историков, голосующих за ту или иную кандидатуру. Но в целом голосование шло бодро, без задержек и сбоев. Минут за пять все было кончено. Судьбы девушек были решены, шесть из них совершенно демократическим путем стали членами экспедиции к синему морю, а четыре - отправлялись раскапывать что-то более прозаическое в местной округе.

Что тут самое главное? Вовсе не удаль самоуверенных юнцов, которые, по собственной глупости вообразили, что именно они, исходя из своих принципов, могут решать судьбы других людей. Нет. Самое главное - что десять девушек покорно стояли в коридоре и ждали своей участи, отдавши полностью свою судьбу в мягкие лапы демократической, как им всем тогда казалось, процедуре. 

В результате, конечно, все остались довольны. Все поехали по экспедициям, все вернулись обратно, семейные пары, которые должны были сложиться - сложились, которые не должны - не сложились.  А демократия так и осталась процедурой, с помощью которой одни люди определяют судьбы и участь других. До тех пор пока эти другие остаются покорными и верящими в справедливость такого устройства жизни.


Когда меня земная жизнь забанит
За мелкий пыл и слог моих стишат, 
Пройду по снегу белому за баню,
Раскуривая трубку не спеша,

И горький дым отечества глотая, 
Шагну в овраг - привет всем и пока!
Ах, глубока ты широта родная, 
И глубина родная широка.

04.12.2016



Шел мужик веселым шагом,
Шел с работы, шел домой,
хорошо он отработал,
Заработал выходной.
Все сегодня получалось
на работе у него,
не ругал его начальник,
Отпустил его домой,
Мимо всяких магазинов,
никуда не заходя,
разве что купил немного
для детишек леденцов,
и, когда уже дорогу
к дому он переходил,
в середине перехода
сшиб мужик автомобиль,
совершил неосторожность,
не заметил в темноте,
поцарапал дверь немного,
пару вмятин вмял в крыло,
ну а сам неловко как-то,
равновесье потерял,
головой своей здоровой
на дорогу он упал,
и случилась нездорова
у мужчины голова,
чуть слегка подразвалилась,
раскололась как арбуз,
в общем как-то хуже стала
от удара об асфальт,
хоть асфальт-то, скажем прямо,
был, конечно, не ахти,
не везде, не очень ровный,
старый, в общем-то, асфальт,
в этом и была причина
происшествия сего,
сам мужчина оступился,
и нанес ущерб авто,
это твердо подтвердили
под присягою в суде
все кто был в автомобиле,
и водитель, честный малый,
все как было рассказал,
несмотря на то, что важный
занимал какой-то пост,
благородные поступки
с детства парень совершал,
вот и тут, не стал он тыщи
клянчить на ремонт авто,
и на похороны лично
отстегнул рублей пятьсот.
Вот такое вот везенье
было нынче мужику,
что такой весьма хороший
был в машине человек,
даже и подумать страшно,
если был бы там плохой,
а хороший - это значит,
безусловно, повезло.
Так что в этом инциденте
был никто не виноват,
И в итоге мы отметим
важный медицинский факт:
Осторожней бейтесь, дети,
Головою об асфальт.

11 ноября 2016


Символы единства российской нации начинают углубляться во все в более далекое прошлое, в котором никакой российской нации не было и быть не могло. Потому как, видать, найти единство нации в последние 200-300 лет крайне сложно. 
Начали с 1612 года, даже праздник учредили. Искали героев - но с героями как-то не задалось. Кузма Минин - мясник из Нижнего слишком простоват, с темной биографией и неясным финалом. Попробовали с Пожарским поиграть: как-никак князь, усыпальницу в Суздале восстановили, торжественные линейки с участием президента даже были, но тоже не пошло, князь, вытащенный историей из небытия на время, после освобождения Кремля вернулся обратно, в небытие, не задержавшись на исторической арене. До героя не дотягивает, надо было что-то ему придумать, пару подвигов и чудесных свершений, да никто не взялся,  не нужен никому князь Дмитрий Пожарский; в готовом виде - да, взяли бы в герои, а тут еще работать и работать над ним. Всего сил хватило только на склеп мраморный, а дальше тишина. Мало кто из членов единенной нации понимает и помнит свершения того времени.


Еще чуть-чуть - и, здравствуй, нищета
Блаженных духом, глупых и счастливых,  
Багрец и золото растают на счетах,
И обернутся тыквами активы,

А мне пора туда, где, слава Богу, - 
Ни планов, ни рассчитанных ходов,   
Ни теплых стоков шумных городов
С ручьями наших достижений и итогов.
Я ёжусь, в ожиданьи холодов, 
И жду их приближения с тревогой, 

Но - все равно с улыбкою. Вблизи
Последнего и вечного ночлега
Надежд немного, но одна из них 
(В душе моей помеченная тэгом), 
Что я усну не под дождем в грязи,
А под холодным чистым белым снегом.

28 октября 2016



Уважать палача, а не жертву. Это по-нашему, по-трусливому. Мало ли что. От жертв ничего плохого уже не будет, а палачи - они опасные, с ними аккуратно надо. Палач по любому живет дольше своих жертв. И это тоже достойно уважения. Вдобавок, палач может и раскаяться, измениться к лучшему, а жертва уже ничего не может. За что ее уважать? Вон, Раскольников стал палачом, убил двух человек. И стал героем. Достоевский целый роман напрудил, чтобы палача оправдать. И мы его правильно поняли. Лучше быть убийцей, чем жертвой. Так что старушку и сестру ее Лизавету уважать не за что, они просты, незатейливы и убиты. Иное дело Родион Романович, сложная натура. Есть правда большое "но": всего двоих укокошил. Не впечатляет. Но тут спасает талант Федора Михайловича.  

Еще очень удобно уважать царей всяких, благо их много у нас было, и все, как на подбор, палачи. И мы им благодарны за это, нам есть кого уважать, кого бояться и кому истуканов возводить. Да и не только царям -  те, кто их заменил, тоже отменными палачами оказались. Так что уважать не переуважать. На годы вперед. А жертв, конечно, жалко. Но не более.


между струями дождя
между фразами вождя
между брусьями загона
между буквами закона
между летом и зимой,
между первой и второй,
между сном и страшным сном
между дном и снова дном
между песней и струной
между небом и страной
между сумраком и тьмою
между мною и тобою -
хоронюсь, таю надежду,
проживая где-то между


1 сентября 2016

78

Печать
PDF


- Ну что, 78 – это солидно, с днем рождения тебя!

 - Спасибо, сынок, я хоть и не дожил до 78, но все равно приятно слышать…

- Я даже выпью по этому поводу, рюмочку-другую.

- Да, конечно, тебе можно, это я не могу, но ты не смотри на меня, меня нет, так что делай, что тебе хочется, мне будет приятно в любом случае.   

- Спасибо, отец. За тебя! Знаешь, я ведь многое не успел у тебя узнать, спросить… 

- Я понимаю, но теперь и не спросишь. Вот я также, у отца и матери вовремя не спросил, у твоего  деда и бабушки, ну что, я думал, у них спрашивать, у крестьян малограмотных, что они могут мне рассказать? И вот только когда ушли они, стало мне интересно. Откуда род наш пошел, как жизнь была устроена в деревне Перелоги, где отец с матерью родились, очень интересно все мне стало, да спросить уже не у кого было. 

- Да, так и есть. Я помню, как ты начал историей своей деревни интересоваться, в архив собирался даже сходить...

- Не успел я, сынок…

- Я схожу, папа. Ты не переживай, я схожу, найду книги нужные, все прочитаю, что ты хотел прочитать, выпишу, ты не успел – я успею. 

- Это хорошо. Да я знаю, я спокоен в этом отношении, я не успел – ты успеешь.  Это очень важно. Я тебе уже отсюда это говорю. Смотри, чтобы и у тебя также вышло. Ты не успеешь – Мишка должен успеть, доделать. Тебе спокойнее уходить будет, как мне. 

- Я еще раз за тебя, за твой день рождения, все-таки, это в какой-то степени и мой день рождения, даже в очень большой степени, потому что без твоего – моего бы и не было! 

- Да, знай, я тебя любил, не говорил, конечно, таких слов, но любил, ты это знаешь.

- Знаю, пап, знаю...

- Да, жаль не все ты у меня выспросил, не все важное я тебе рассказал, ну да ладно, сынок, разберешься, твоя ведь жизнь, тебе и отвечать, я уже не смогу помочь.

- Я справляюсь, пап. Только тебя не хватает, очень. Я знаю, ты видел, что я с был тобой, до последней минуты, до последней секунды. Мне кажется, ты понимал это, мне кажется – это как-то облегчило все это… ну, не знаю. В общем, наверное, так и надо умирать, зная, что тебя окружаюn близкие любящие люди.

- Наверное. Точно этого никто не знает. Но мне нравится, как ты думаешь. Пусть это будет так. Пусть и мой в день рождения близкие любящие люди вспомнят меня.

- Да, пап, мы помним.

- Ну, мне пора, ты посиди тут еще, а я пойду пока, потихонечку. Все хорошо, сынок, все хорошо... 


В этот день в 1174 году был убит Андрей Боголюбский. 

Зачем это помнить? Зачем вспоминать? 

Я для себя давно уже ответил на этот вопрос. Давно - то есть 6 лет назад. В книге, которую мы издали, благодаря хорошим людям и счастливому стечению обстоятельств. Так что могу только повторить.


Впервые опубликовано: 

Евстифеев Р.В. Истоки российской государственности: Северо-Восточный вариант // В кн. Воронин Н.Н. Андрей Боголюбский. Под ред. Евстифеева Р.В. и Тихонова А.К. Владимир, ВФ РАГС, Транзит-Х, 2011. С. 189-202.


Евстифеев Р.В.

 

Истоки российской государственности: 

Северо-Восточный вариант.

 

Вход