Красный телескоп

Сегодня наш Красный телескоп обращен в сторону ученых, тех самых чудаков, которые не только что-то там изучают, но еще и пишут и публикуют свои статьи. Именно по научным статьям и происходит оценка деятельности ученых. Publish or perish, публикуй - или умирай, таков принцип современной науки. 

Кстати, не все этот принцип признают. Особенно в России. Еще Федор Достоевский писал в "Бесах" о Степане Петровиче Верховенском : "... одним словом, в науке он сделал не так много и, кажется, совсем ничего. Но ведь с людьми науки у нас на Руси это сплошь да рядом случается".  

Тем не менее,  количество научных публикаций - важный критерий оценки ученого и науки в целом. Однако, когда этот критерий становится основным, у него появляются и серьезные негативные стороны: растет количество некачественных публикаций, расцветают так называемые "мусорные журналы" и т.д. Причем это касается науки в целом, с некоторыми национальными различиями, конечно.

Например, британский журнал The Economist 24 ноября 2016 года в статье Why research papers have so many authors отметил, что в современной науке растет число статей, у которых более одного автора. Почему? Да очень просто. Правильно выбранные соавторы - это возможность быстрее и надежнее опубликоваться в хороших журналах, плюс возможность самому стать соавтором и тем самым увеличить количество своих публикаций. 

Чтобы не быть голословными, журналисты The Economist рассмотрели данные о более чем 34 млн научных статей, опубликованных в период с 1996 по 2015 год в рецензируемых журналах и трудах конференций. Все они были взяты из базы крупнейшего в мире каталога научных публикаций Scopus. 

Итак, за рассматриваемый период, среднее число авторов на одну публикацию выросло с 3,2 до 4,4. При этом коэффициент индивидуальной производительности (количество статей, опубликованных в год, разделенное на количество авторов) снизился с 0,64 до 0,51. Получается, что в целом происходит падение индивидуальной производительности, однако рост количества статьей с соавторством приводит к росту  индивидуальных показателей публикационной активности, до 2,3 публикации в год на одного ученого по сравнению с показателем 2,1 два десятилетия назад.

Есть одна важная тенденция, которая стоит за этими цифрами - рост случаев так называемого "приглашенного авторства", когда в соавторы приглашается известный ученый или администратор, например, директор научно-исследовательского центра, участие которого дает шансы на лучшее продвижение публикации. В результате некоторые ученые становятся невероятно плодовитыми. Например, в период с 2013 по 2015 г.г. 100 наиболее публикуемых авторов в области физики и астрономии из американских исследовательских центров имели в среднем 311 работ на каждого. Соответствующий показатель для медицины несколько ниже, но все равно впечатляет - 180 публикаций. Цифры для британских университетов более скромные, но так же бросаются в глаза. Первая сотня физиков и астрономов имеет в среднем 280 статей каждый; топ-100 врачей - по 139 статей. На самом деле, добавить соавтора настолько легко и незатруднительно, что некоторые ученые добавляют в соавторы даже своих домашних животных! Так, наш бывший соотечественник, Андрей Гейм, который получил в 2010 году Нобелевскую премию по физике, опубликовал в 2001 году статью в рецензируемом журнале Physica B и указал среди соавторов своего домашнего хомяка Тишу! 

Другой тенденцией становится размывание понятия авторства, особенно в масштабных научных проектах. Это особенно заметно  в таких отраслях науки, как физика элементарных частиц и геномика, в которых трудятся огромные группы ученых из разных стран. Рекордная статья была опубликована в 2015 году в журнале Physical Review Letters - в статье было 5154 соавторов! Для их перечисление потребовалось 24 страницы из 33 страниц самой статьи. В которой, кстати, шла речь о массе бозона, фундаментальной частицы которую изучали с помощью знаменитого андронного коллайдера близ Женевы. Статья из области геномики про мушку дрозофиллу была опубликована в 2015 году и имеет 1014 авторов, большинство из которых студенты. Подобные публикации можно назвать образцом научного сотрудничества. Но многие публикаций совсем не такие - они включают список авторов, которые внесли лишь незначительный вклад, которые внесли свой вклад лишь в том, что когда-то были признаны в научном сообществе и теперь стали просто элементами для построения карьеры других ученых. 

А вот так примерно могла бы выглядеть фотография тысячи авторов одной статьи. Хомяка нетрудно вообразить где-то в 10 ряду, в центре.





Английский литератор XVIII века, поэт  и острослов Самюэль Джонсон однажды написал: "Даже из шотландца может выйти толк - если отловить его молодым".  

Не знаю, обиделись ли на него шотландцы, но рецепт Джонсона пережил века и ныне используется в России при подготовке - нет, во все не шотландцев, а .... ученых! 

Не верите? А зря.

Российская стратегия подготовки научных кадров очень похожа на предложение Самюэля Джонсона. 

Вот как описывает решение кадровой проблемы в российской науке Анна Щербина, заместитель председателя Координационного совета по делам молодежи в научной и образовательной сферах при Совете при Президенте Российской Федерации по науке и образованию, один из организаторов VII Всероссийского съезда советов молодых ученых и специалистов:

"Ответом на кадровый вызов мог бы стать комплекс мероприятий по идентификации талантливых молодых исследователей и помощи им в наработке необходимых компетенций – через дополнительное обучение, стажировки или иные инструменты.

Соответственно, на съезде мы ищем ответ на кадровый вызов как комплексную триаду – карты компетенций успешных ученых, набор инструментов, позволяющих наработать эти компетенции, и средств мониторинга, которые позволили бы выявлять талантливых исследователей на ранних этапах карьеры, либо отслеживать их прогресс."

Если очистить эти прекрасные слова от традиционной уже менеджерской шелухи, то получится не что иное, как чеканная формула Джонсона: отловить молодого человека и сделать из него хорошего ученого. 

Никакого разговора о развитии общества, о создании интеллектуальной среды в обществе  - не идет! Той самой среды, в которой и должны рождаться и развиваться будущие гении, той самой среды, которая состоит не из "талантливых", а из обычных, не из "гениев", а просто из людей, умеющих думать. Той самой среды, в которой должны жить и развиваться мы и наши дети. А еще жестче - нет в словах молодого ученого и организатора не только среды, нет в ее словах и самой России. 

Точно так же, как нет Шотландии в словах Джонсона, который не верил в своем XVIII веке, что в Шотландии можно как-то сносно воспитывать и образовывать молодых людей.  Причем, вполне может быть, что Джонсон имел на то некоторые основания.  И как представитель более "продвинутой" нации считал, что лучше уж точечно выдергивать юных "диких" необразованных шотландцев из их привычной среды и тут, в Англии, "доделывать", доводить до предусмотренного цивилизацией образца. А Шотландия..., а что Шотландия? Она Джонсона не очень интересовала. Пусть остается в своей "дикости".

Так и российские "реформаторы" науки на самом деле не развивают Россию, а затягивают ее в еще более глубокое колониальное болото, принимая на себя обязанности, как им кажется, "цивилизаторов", а на самом деле - просто паразитов. Потому что среда в которой мы живем, становится все жиже и жиже. Без этой среды даже в сети удачливых ловцов попадается все меньше гениев, и им приходится ради результата за гениев выдавать совсем других персонажей и "продавать" их на административном рынке.  

Иными словами, слова Джонсона из XVIII века - это настоящий колониализм, а слова российских реформаторов науки XXI века - полная утопия. Однако, это утопия только с точки зрения развития науки и страны, но совсем не утопия с точки зрения получения и осваивания средств. А это, согласитесь, очень разные вещи. 

Что ж, а мы в своей "обычной" и никому не нужной России будем ждать открытий и достижений от вовремя отловленных и специально обученных "шотландцев".


Сегодня "Красный телескоп" посвящен самому главному - жизни. Вернее - ее продолжительности.

Я уже писал, что поколение, родившееся в XXI веке, имеет все шансы дожить до XXII-го века (Поколение-22). Но современная наука может продлить жизнь и нашего поколения. Ученые утверждают, что уже сегодня есть препараты, способные продлить жизнь современного человека на 30 лет. Правда, этим препаратам еще предстоят длительные испытания, но, по всей видимости, путь продления жизни уже существует, вернее - есть десятки таких путей, из которых еще предстоит выбрать самый эффективный. 

Именно этому посвящена статья Humans Could Live 30 Years Longer.   Nir Barzilai, профессор медицины и генетики Медицинского колледжа Альберта Эйнштейна рассказывает, что медикаментозно уже можно увеличить продолжительность жизни мышей на 25%. Правда, для людей эти препараты пока не очень полезны, то есть могут вызывать побочные явления и развитие болезней.

Профессор биологии Университета Алабамы в Бирмингеме  Stephen Austad утверждает, что существует десяток способов увеличить продолжительность жизни мышей. И в скором времени некоторые из них будут использоваться и людьми. В этом случае наш ждет "квантовый скачок" в деле увеличения продолжительности жизни людей. То есть, через какое-то время новые лекарства начнут появляться на рынке, и люди смогут доживать до 100 и более лет.

Испытания новых препаратов на людях уже начались. Последствия такого продления жизни будут огромными. Это будет влиять на сроки рождения детей, на карьеру, на способы ее продолжения. Траектория жизни, к которой мы привыкли в течение прошлого века, может существенно измениться. Человек может решить, например, что пришло время для него вернуться в школу , или начать делать что-то другое, используя вновь приобретенные года. Замедление старение и 25 дополнительных лет - это совершенно новые периоды человеческой жизни и новые возможности.

Но, если даже представить, что всё так и будет, то самое главное не в этом - самое главное в том, как будут распределяться эти новые дополнительные годы жизни. Кто их получит в первую очередь? Кому они достанутся? И вот тут наступает самое неприятное. При той модели общества, в которой живет большинство стран мира, у богатых и успешных и сейчас-то больше возможностей жить лучше и дольше, а с новыми медицинскими препаратами  - они вообще станут недосягаемы. 

Но это уже не столько проблема науки, сколько проблема политической организации общества и распределения общественных благ. В обществах, где это распределение более или менее справедливо - и продолжительность жизни будет распределена на всех. В обществах, которые еще не пришли к справедливости, самыми здоровыми и долгоживущими будут самые богатые и власть имущие. Но с другой стороны - это может и подстегнуть достижение справедливости, потому что это не только абстрактная ценность - это конкретные годы, которые мы и наши близкие не доживаем, не будем доживать из-за того, что кто-то их заберет, потому что у него больше денег и влияния. Собственно - это уже и происходит, только не так заметно для нас. На мой взгляд, те общества, которым удастся  урегулировать эти проблемы так, чтобы блага распределялись равномерно и справедливо, получат конкурентные преимущества. Это, конечно, очень сложная задача, но ее уже надо начинать решать, если мы хотим, чтобы наши дети жили дольше нас.


С помощью нашего Красного телескопа, мы продолжаем предпринимать попытки заглянуть в будущее, в век XXII-й.

Сегодня мы представляем вниманию публики презентацию по итогам исследования политических предпочтений молодежи. Представление результатов состоялось 03 июня 2016 года во Владимирском филиале РАНХиГС.

Исследование проводилось в декабре 2015 -апреле 2016 годов. 

С полной презентацией можно познакомиться здесь

А сейчас, несколько важных, на наш взгляд, выводов, говорящих о том, что поколение, которое будет формировать следующий, XXII-й век (Поколение 22), пока не готово его формировать, идя в русле прагматики, патернализма и минимизации собственного участия в общественной жизни. 

Итак, исследование позволило выявить следующие основные противоречия:

- Молодежь демонстрирует взгляды, близкие к демократическим и даже либеральным, но только на теоретическом «диванном» уровне ("Диванная демократия", "ДД"). Выход за пределы "дивана" сразу же "стирает" их демократичность и либеральность. 

- Молодежь ставит интересы личности выше интересов государства, но считает, что именно государство ответственно за обеспечение законности, справедливости, безопасности.

- Молодежь не доверяет политическим партиям, боится быть обманутой политиками, но легко вверяет себя политической силе, которая называется  «действующая власть».

- Молодые люди интересуются политикой, хотели бы больше понимать об этом, но не знают, где получить достоверную информацию, политику не с кем и негде обсуждать.

- Молодежь понимает потенциал социальных сетей, но использует социальные сети в основном для развлечения. 

- Молодежь готова участвовать в выборах, но находит массу причин не делать этого. 

- Молодые люди видят существенные проблемы в обществе, но не видят приемлемых и понятных механизмов их разрешения и, самое главное, - не видят мотивов собственного участия.

По всей видимости, с XXII-м веком пока есть некоторые проблемы. Сойти с "дивана" и остаться современным активным ответственным человеком пока не получается.
.

Поколение-22. Смартфон важнее Университета?

Заставка-3.jpg